Первое камлание

Когда человек ищет себя, он ищет и пути познания себя. Обычно эти пути выглядят как различные магические и психологические школы, клубы по интересам, какие-то странные сообщества и группы, религиозные организации. Найти себя в духе, не имея серьезного (я имею ввиду раскрытого и реализованного) наставника, крайне сложно! Еще этот наставник должен быть заинтересован в ученике! Вот и приходиться искать себя сначала вовне, так сказать, в общем направлении течения, а потом, приобретая опыт и делая выводы из своих многолетних наблюдений, стараться осознавать и свой внутренний мир. При этом твой внутренний мир уже весьма наполнен (я бы даже сказал, искажен)  теми людьми, установками, правилами и вариантами, которые предлагали тебе, и даже в чем-то  показывали возможности направить свое внимание на себя самого. Это и плохо, и не плохо одновременно. С одной стороны, без этого опыта, тебе самому пришлось бы барахтаться не одно десятилетие в поисках своих жизненных и, особенно, духовных ориентиров. С другой, они могли подталкивать тебя  к тем поступкам, действиям и решениям, которые противоречили именно твоему внутреннему укладу. Они были хороши для кого угодно, но для тебя были противоестественными, хотя вписывались в общую мораль и задачи духовного роста. Тебе казалось, что ты развиваешься (что могло быть и на самом деле), но развитие шло не по твоей схеме, а по схеме сознания твоих учителей, единомышленников, единоверцев. В этом кроется великая ловушка для новичка! Психика его слаба и неустойчива, готова к восприятию всякого рода вредной (или не полезной для него) информации, и если он попался в руки не добросовестных наставников или коллег, им овладевает морок и иллюзия. Человек теряет время, тратит свои силы, время, нервы, деньги, эмоции на подпитку чужеродных для него энергоинформационных структур, и в итоге, может остаться и без состояния раскрытия (просветления), и без реализации своего истинного «я». Получает разочарование, и оказывается где-то молящимся на коленях в состоянии раба.

Найти самого себя — вот главная задача любого практика! Понять, кто ты есть и что тебе, именно тебе (а ни кому-то другому) нужно! И начать следовать своим желаниям!

Состояние свободы — это состояние вечной жизни, то есть, состояние вечного, многоуровневого, многовариантного сознания Творца! И практик — это со-Творец!

В начале свой практики я слышал такие идеи, и вроде принимал их. Но не понимал сердцем, ни впускал в свой разум. Мне никто не объяснял сию истину! Истину всех истин! Человек — это со-Творец! Точнее, маг — это со-Творец! Потому что просто человек, не раскрытый, не осознающий, не понимающий, это только тесто, из которого лепится божество!!

По прошествии 25 лет, я каждым вдохом, каждым словом, каждой мыслью, каждым движением понимаю и осознаю это! Но потребовалось столько не легких лет…

Магия плотно вошла в мою жизнь в начале девяностых годов. Тогда совсем еще юный и фееричный, активный и сексуально озабоченный, я хотел признания, денег, власти и женщин. Я не думал о высоких материях и высокоразвитых существах, а желал удовлетворение своих амбиций и сиюминутных потребностей. Где и как мог это сделать в полном объеме? В институте, где учился? В филармонии, где подрабатывал? Или в кукольном театре, который светил мне постоянным местом работы после окончания моего любимого театрального факультета? Нет, тогда я мечтал о том, что было общероссийскими ценностями! Мне нравились спортивные штаны с полоской, кожаная куртка, надетая поверх мастерки, и золотая печатка на левой руке.

От природы я очень добрый, не обижу ни птички, ни муравья, и когда, некоторые мои знакомые дворовые ребята подались в рэкет, я остался от этого в стороне. Чтобы как-то компенсировать свои желания и невозможность их удовлетворить, я стал много читать. Читал в основном фантастику, мистическую литературу, сказки, классику. Начал писать сам. Приступил к активному поиску самого себя! Уж очень мне хотелось разобраться в своих желаниях, в своих мыслях, в своих жизненных обстоятельствах, в своих снах, которые к тому времени уже стали совсем нереальными.

Постепенно начал практиковать магию, прошел соответствующие курсы, устроился на работу в салон. Частично мои желания удовлетворились, появились и деньги, и поклонницы, и какая-то власть (я имею ввиду власть над клиентами. В тот момент, я считал это важным). Мой внутренний голос, что искал истину, стал звучать несколько тише, но все равно, время от времени, не давал мне покоя. Зудил, нудил, приходил во снах, заставлял думать.

Я пытался найти себя. И нашел. На всю жизнь. Но наше, как вы понимаете, не сразу. Сразу только определил вектор движения.

Поскольку в семье, где я родился и рос, взгляды на мир были не только материальные, а всюду присутствовала мистика, мое мышление в этом направлении сформировалось основательно, правда отрывисто. У мамы всю жизнь были пророческие сны и видения, о которых она никому не говорила и тщательно скрывала, чтобы никоем образом не дискредитировать себя в глазах советской общественности и правоохранительных органов. При этом, имея к этим органам некое отношение, работая сначала судьей, а потом старшим юристконсультом на большом предприятии. У бабушки тоже были вещие сны, но она работала то нянечкой в детском саду, то медсестрой в больнице, чтобы тоже не слишком привлекать людей «в серых костюмах». А всему виной не очень крестьянское происхождение и родственные связи с интеллигенцией, не полностью принявшей советскую власть. В те времена почти всех держали под колпаком, и различия в классовой принадлежности могли серьезно сказаться на всей жизни. Вот и приходилось скрывать то, что было на самом деле, и являлось сердцем нашей семьи. По линии отца тоже было не все просто, но рос я без него, поэтому на мое мировоззрение он особого влияния не оказал.

В общем я выбрал магию. Сначала искал душевного комфорта в религии, посещая воскресные проповеди и службы, но, увы, (а может быть, и к счастью) удовлетворения от этого не получил. Не смог я принять философии раба, и вышел на поиски себя в свободу магической реальности. Да только перепутал состояние свободы с состоянием вседозволенности, вот и творил разного рода несуразицы и околесицы. Кто бы меня чему учил, подсказывал и направлял!

Мне казалось, что магия дает мне абсолютную безнаказанность и свободную волю. Я брал, что хотел; делал, что считал нужным. Не верил ни в какую карму, ни в какие последствия. Я ошибался… Но тогда чувствовал себя королем. Надутый талантливый индюк с силой от природы и без нравственных ориентиров; и кучей психологических комплексов.

Первое свое задание, в котором я почувствовал свое самоутверждение, я помню до сих пор. Его я получил от руководителя нашего салона магии. Я сидел за столом и что-то читал. Он вошел в кабинет, положил передо мной на стол фотографию мужчины и женщины. Сказал, что это муж и жена. Но у мужа есть любовница, и я должен ее нейтрализовать. С мужа надо снять приворот, на жену поставить защиту, этим он займется сам. Мое дело нейтрализовать любовницу. И положил на стол ее фотографию.

Я воодушевился. Сам главный маг Владивостока дал мне задание! Это такое доверие, такой шанс показать на что ты способен! Шанс вырасти в его глазах и завоевать уважение! Доказать ему и самому себе, что мне можно доверять и он не просто взял меня к себе на работу с улице. Я что-то могу!

Мне бы задуматься о морально-этической стороне этого задания, да только меня интересовала другая сторона. Хотелось другого. Я с кайфом выполнил это поручение.  Успешно и очень эмоционально. Укрепился в мыслях о своей значимости. И, сделав еще несколько подобных практик, пришел к выводу, что воздействовать на людей весьма приятное занятие. И не так все сложно. Так началось мое движение к познанию своей темной стороны. Оно продолжалось не один год и я освоил много эффективных приемов. Конечно, я не только наводил на людей «злые чары», это было не часто; в основном работа заключалась в устранении негативных воздействий, снятии психологических зависимостей, изготовлении амулетов. То есть, в помощи людям. Но мне самому было комфортно ощущать себя «вершителем судеб» и быть в плоскости «черного мага». Со временем обо мне пошли слухи, которые требовалось поддерживать, чтобы заработать; сформировался имидж, который вызывал интерес горожан. А потом я и сам начал верить в то, что я — такой и никакой другой. С этого момента я попал в зависимость от этих энергий, и потом очень долго расхлебывал последствия (в которые не верил).

По сему вывод: очень важно молодому специалисту получать правильные задания! и не только в энергоинформационных практиках, в любой профессии! Ведь это может привести к раскрытию или деградации личности. Или, уходу от самого себя на долгое время! Побродить мне по закоулкам души, ситуаций и мировоззрений пришлось достаточно долго. Хорошо, что выбрался; а если бы нет?

Когда я понял, что занимаюсь не тем, чем нужно и не тем, что для меня правильно, я стал отдалятся от магии. Вести себя и чувствовать себя изолированно от нее. Если раньше я ощущал себя единым организмом с магической системой, то теперь я разделил лично себя и магию. И от этого потерял Силу, удачу и результаты.

Вся магия казалась мне не очень чистой, и связанной в основном в насильственными действиями. А дело-то не в магии, не в инструменте! А в человеке! Во мне самом, в маге! Мне следовало бы переоценить свою личность, свои возможности, изменить свои качества, а я вешал ярлыки на эгрегоры, системы и других людей. Я бежал от магии, но на самом деле я бежал от самого себя, от своего непонимания, своей глупости и того обмана, в котором я находился.

Куда идет человек, разочаровавшийся в магии? Конечно, в церковь: молиться, каяться, просить прощения. Хватило меня на полгода. Почему? Да потому что там тоже разделяют человека и Бога. Тоже самое, что я сделал и без их помощи! А мне нужно объединение с Богом, то есть, понимание того, что за Богом не надо гоняться, или идти к Нему куда-то далеко; и что Он находится во мне всегда, и я всегда нахожусь в Нем.

Мне нужно было это! Мне нужны были эти ощущения, а не только слова! Говорить я и сам умею. Ощущений я не получил. Состояний единения не пережил. Значит, для меня не подходит. Святые со мною работали, я с ними работал, а наполнения, которого ждал не ощутил. Хотя помогли мне очиститься очень хорошо, и за это им благодарен. (И только через 15 лет я снова стал сотрудничать со святыми, уже понимая, что и как следует делать). А тем временем… я продолжал свои духовные поиски.

Однажды кто-то из знакомых сказал, что на другом конце города есть место, в котором по субботам и воскресеньям проводятся сеансы холотропного дыхания. Мол, тренер училась где-то в Москве и какая-то вся воздушная, светлая и продвинутая.

Я думал не долго, сел в машину и минут через сорок был у заветных дверей. У секретаря записался на сеанс. На следующий день с постилочкой, одеяльцем, полотенчиком, зарядом бодрости и смутных надежд, явился в назначенное время для прохождения сеанса очищающего дыхания. Тренер оказался тренершей лет двадцати пяти — двадцати восьми, и кроме меня на сеансе никого не было. Она была в спортивном костюме, подтянутая, улыбающаяся, но с каким-то прибамбахом. С каким именно я так и не понял до сих пор; может быть так явно профессия психолога отражалась на ее лице.

Она сама вымыла пол. Бросила мат посередине зала и предложила мне лечь на него лицом вверх. Я беспрекословно подчинялся, поскольку хотел результата.

— Эта техника очень сильная, — сказала она приятным голосом. — Никто больше не пришел, поэтому мы проведем с вами индивидуальную встречу.

— Хорошо, — сказал я лежа на спине, — индивидуальную — очень хорошо.

Тренерша включила ритмичную музыку, то ли индейские барабаны, то ли шаманские бубны. И сказала мне дышать глубоко и ритмично, стараясь попадать в такт этой музыки.

Дышал я долго, около  трех часов. Может я и проспал все это время, точно сказать не могу, не знаю. Но ни видений, ни каких-то ярких ощущений, описанных у них на стенде на стене, я не испытал. Или дышал неправильно, или многого хотел…

— Нам пора заканчивать, — защебетала тренерша мне на ухо.

Я сел, глубоко вздохнул, и ничего не сказал. Молча достал из кармана деньги за сеанс и направился к выходу.

— У нас после окончания практики положено обниматься, — сказала тренерша, и прильнула ко мне. Наверное, хотела компенсировать мое недовольство.

— Ну ладно, — подумал я, — хоть какой-то интерес от занятий.

Пообнимавшись с ней некоторое время, я понял, что за это время я ощутил гораздо больше, чем за все время дыхания.

Знакомство с тренершей пробудило во мне желание знакомства с психологией. До этого момента я вообще считал психологов «нашими младшими братьями по разуму». Мое мнение базировалось на тех психологах, которых я знал лично, или с которыми пришлось общаться по тому или иному поводу. За всех не говорю. Чтобы расширить свое представление о психологии, я прочел Фрейда, Юнга, Маслова, Выгорского и других авторов, и надо отметить, с большим интересом. Многое понравилось, пришлось в пору. Посетил несколько курсов по психологии, гипнозу. Вник в тему насколько смог.

— Вот здесь уж точно, — думал я, — обрету то, что ищу. Сердце почувствует радость от позитива. Наполнюсь и успокоюсь. Ведь психологи с виду такие умные, счастливые и всезнающие. Правда странные немного, но вероятно это от того, что они знают такое, что другим людям не известно. Какая-то тайна скрыта в их задумчивых лицах.

Чем больше я занимался психологической наукой, тем больше понимал, насколько она однобока и ограничена в своих подходах и понятиях. Все, что есть в психологии основано на магии, кабале, астрологии, других мистических направлениях, но почему-то отрицается, практически так же, как и в религии. Это мне страшно не понравилось, потому что было не честно. То есть, изначальное вранье подразумевает затуманивание мозгов и в дальнейшем! Факт. Но поскольку в нашем государстве профессии магов и астрологов не считаются официальными, мне пришлось получить высшее образование по психологии. Не скажу, что мне все не нравилось в ней, нет, было очень много полезного, интересного, правильного, но для того, кто хоть раз соприкоснулся с иной реальностью не в воображении, требуется большая глубина и многогранность.

Для примера, при обучении профессии психолога, ты должен пройти, помимо обязательных часов обучения, часы личной терапии, на которой твои мозги в течении года разматывают по кабинету, но вот назад почему-то собрать не стараются. Плюс к этому добровольно-принудительные встречи, курсы, сессии, семинары, тренинги, конференции и тому подобное. То есть, целая сетевая система. Все бы было ничего, если бы тебе не навязывали свои картины мира и не старались сломать твою, передав свой «бесценный опыт», а просто предлагали какой-то из методов, как один из возможных.

Чтобы дальше не загаживать свое сознание чужими мнениями, я поставил психологию

на удаленный доступ. То есть, всегда можно обратиться к каким-то знаниям, когда это нужно, но не зависать там постоянно. Подключился, применил и вышел в свои пространства. (Эти знания пригодились спустя десятилетие; я попытался создать новое направление в психологии — Аналоговую психологию, которая включает в себя не только свойства психики, как физиологического процесса, но и свойства психики, как процесса энергоинформационного). В общем пригодились мне мои мучения, да и диплом о высшем образовании у меня остался. Для проформы, а все же приятно. И еще уточняю один важный момент: я описываю лишь свое отношение, состояние, эмоции и мысли на тот момент времени, и никоем образом это не относится ко всей психологической науке в целом. Я не никого осуждаю и не пытаюсь как-то кого-то заклеймить, я описываю именно свои личные переживания и тут точку зрения, которая у меня была. Не более. Поэтому, на основании моих рассуждений, не стоит делать никаких выводов в отношении кого-то или чего. Я всего лишь это переживал…

Итак, я продолжал искать себя дальше. Продолжал искать вовне. От магии напрягался, от психологии чурался. Религия была не по мне по глубинным внутренним убеждениям русского человека. Внутренний надлом укреплялся и рос. Появились ростки депрессии и неадекватности. Требовалась помощь. От людей я ее не получал. Все только ухудшалось. Я замкнулся, плечи опустились, взгляд погас. Голову постоянно сверлили негативные мысли. Все были вокруг виноваты в моих неудачах; все являлись причинами моих страданий. Политика кошмарная. Я это понимал, но жил только этими состояниями. Они поглощали меня, не давали по-иному взглянуть на мир, на себя. на людей. Я превращался в какого-то отрицательного персонажа, то есть, не только внешне по имиджу, но и внутренне. Меня пугали такие преобразования. Отдушину и помощь я нашел на природе, точнее, в самой природе. В ее энергии, ее чистоте, ее силе! Сначала это были простые вылазки в лес, в горы; затем стали сопровождаться какими-то практиками, ритуалами.

Судьба привела меня в Сибирь, где я познакомился с традиционным шаманизмом. Естественно, что первое знакомство было весьма поверхностным, ознакомительным. Я больше повелся на яркие костюмы шаманов и необычные действия, совершаемые ими во время камланий. Это отличалось от магических церемоний своею эмоциональностью, открытостью и самим отношением к ремеслу. Я старался почувствовать шаманизм, настроиться на его потоки; старался войти в него, чтобы лучше понять. Но делал это не через сердце (а другого подхода в шаманстве не существует), а через разум; через тот опыт, что у меня уже был. Через социальный интерес и социальные правила. Не получалось. Пока не научился интуитивности, не получалось даже приблизиться к шаманству.

Мои представления разваливались мгновенно.

Например, я привык делать какое-то действие в определенное время. То есть, в магии есть магические часы, которые высчитываются математически. Каждый час соответствует влиянию какой-то планеты и подбирается для совершения конкретного ритуала, связанного с этой планетой. В час Марса, например, проводились практики социального характера; в час Венеры решались вопросы любви и семейных взаимоотношений; в час Юпитера строилась защитная ритуалика. В шаманстве такого нет, там шаман чувствует нужное время для проводимой работы! Отлавливает свои ощущения пространства, и когда понимает, что пришло время, тогда и начинает работать. Причем самая главная часть работы — это подготовка к самой работе. Как в обряд смог войти, так он и развивается! Так вот, я, например, договорился с тувинским шаманом поехать на обряд, посмотреть, как он работает на десять утра. Пришел в шаманскую клинику в назначенное время, а его там нет. Звоню, телефон не отвечает. Сижу жду, волнуюсь, переживаю. Можно и два и три часа так просидеть, прождать. Это нормально. Потом шаман приходит часам к двум и на обряд едем.

Меня, конечно, это безумно раздражало в начале. Потом просто разматывало. Потом, когда научился чувствовать, стал понимать принцип: «Не человек решает, когда ему обряд совершать, а духи ему говорят. Надо духов слушать, тогда все правильно пройдет и все получится как нужно».

Ну для этого ведь нужно духов своих иметь, и слышать их. А где их взять? Наработать. А как? Что для этого нужно? И что потом? И пошло, поехало. Затянуло меня в шаманство по самое «не хочу».

Тувинские шаманы русских не учат, никого не учат. Никакие шаманы никого не учат. Позволяют смотреть за их работой; какие-то подсказки дают; атрибутику шаманскую помогут сделать, и все. Обучение шаманству состоит в наблюдении за другим шаманом; в слушании своего внутреннего голоса; в умении общаться со своими духами; в умении общаться с духами других людей и мест. Это глубокий опыт, приходящий лишь тогда, когда ты принимаешь это мировоззрение, начинаешь мыслить и думать, как шаман; как человек природы. Снаружи, на расстоянии этого не понять. Можно что-то объяснить, описать, домыслить, но не понять. Здесь действует эдейтическое мышление, непосредственное восприятие самого процесса действия. Шаман, как правило, не нацелен на результат, он живет самим моментом своей работы. Проживает ее! Часто это проживание заканчивается болезнью, а иногда, и смертью шамана. Когда он вступает в битву со злыми духами, чтобы спасти своего пациента, он подвергает опасности свою жизнь и здоровье. Жертвует собой во благо другого человека. Здесь нет шуток, такова правда и суровая реальность этой профессии. В шаманстве нет ничего романтического и сказочного; шаманство — это борьба за выживание; за выживание человека, семьи, общества, природного места. Энергии шаманства жесткие и своенравные. Духи любят различные угощения, почитания, задабривание. Если обряд нарушен, и шаман не смог умилостивить духов, то может пострадать от этого. Например, у него может мгновенно подскочить температура до 40 градусов и не спадать несколько дней. Или начнутся сильные головные боли и ломота во всем теле, не проходящая пару месяцев. Или отнимутся ноги, и так далее. Наказание зависит от тяжести проступка шамана и нрава того духа, который остался недоволен. Не один ученый не может доходчиво объяснить этот феномен, обычно все сводится к состоянию стигматизма, не более. Но это никак в полном объеме не раскрывает подобные явления. Наука тут бессильна.

Можно неправильно развести огонь и пострадать; положить не то подношение и пострадать; предложить не те сигареты или не то масло. Традиция шаманизма — одна из самых суровых, и лояльных одновременно. Суровая, потому что практики оттачивались тысячелетиями, и духи требуют соблюдения этих правил и законов. Лояльная потому, что ученикам даются некоторые существенные поблажки. Когда шаман обретает себя, обретает свою шаманскую суть, он, основываясь на общих традиционных правилах, добавляет и свои. Поет свои песни, имеет своих духов-помощников, работает в своих местах Силы. Однако общая канва обрядов и камланий всегда остается для всех одинаковой.

Как правило шаманы не хотят, чтобы их дети занимались этим занятием. Они считают его тяжелым и опасным. И всячески уберегают их от посвящений. Но все равно тут все решают духи, и, если они выбрали какого-то человека, то прессуют его до тех пор, пока он не согласиться на их условия. Бывают люди, которые могут отказаться от приглашения духов, и духи примут такой отказ с почтением. Такое встречается не часто.

Никто не приходит в шаманство за заработком или другими почестями (в магии такое допускается и приветствуется). В шаманство идут по велению сердца, по зову духов, по требованию предков. Тот, кто приходит в шаманизм из-за интереса, не входит туда глубоко, а остается как бы наблюдателем со стороны.

Я знаком со многими тувинскими шаманами, знаю шаманов Бурятии и Хакасии, это скромные благочестивые люди. Есть среди них и агрессивные и суровые, а есть добрые и сентиментальные. Все разные, и это зависит от многих факторов.

В основном все шаманы бедные. Некоторые просто нищие. Они никогда не просят у духов благосостояние для себя; так не принято, даже запрещено. Таксы у них нет (ну у тех, кого я знаю), а люди дают не много. Не потому, что жадничают, а потому что те, кто к шаманам обращается, тоже живет не большом достатке.

Сильнейшая тувинская шаманка Ай-Чурек всю жизнь ходила в одном платьице. Всю жизнь она помогала людям, и к ней всегда были толпы народа. Оставаясь одна, плакала от бессилия, и на следующий день снова помогала людям.

И в шаманской клинике «Дунгур» и «Тос-Дээр» и «Адык Эрээн», нет никого богатых или обеспеченных. Шаманы — дети природы. Конечно, кто-то ездит по столицам на заработки, и это их право и выбор, но таких единицы, да и денег едва хватает, чтобы прокормить свои многочисленные семьи.

Мне было очень тяжело настраивать свое мышление на шаманство, но было так интересно, что, по прошествии нескольких лет обучения, я стал что-то понимать и делать как традиционных практик. Стал своим (конечно, не для всех, потому что так не бывает).

Когда-то я считал шаманов грязными и вонючими, а теперь сам натирался медвежьим жиром и окуривался артышом.

На сегодняшний день я понимаю, что шаманизм — это один из вариантов развития человека, и бывают другие, и третьи. Вариант безумно интересный и эффективный. И хочу сказать огромное спасибо всем, кто помогал мне идти по этому пути!

Шаманы делятся на две категории: шаманы Верхнего мира и шаманы Нижнего мира. Условно белые и черные шаманы. «Окрас» шаманов не говорит о том, что одни служат богу, а другие сатане. Такого разделения в природе не существует. Это лишь говорит о принадлежности их Силы, например, у белых шаманов источник энергии может находиться на небе, а у черных на земле. Не более. Хотя и у черных шаманов источник Силы может быть на небе, и не на одном, а на тех, или семи, или девяти небесах.

Черный и белый — это некое указание на происхождение самой Силы. И может говорить не только о небесном или земном, а о дне или ночи, зиме или лете. Есть шаманы по происхождению от огня, от воды, от предков, от животных, от инопланетян. В традиции считается, что черный шаман на порядок сильнее и проворнее белого, так как он вправе путешествовать по разным мирам, а белый шаман в Нижнем мире не чувствует себя своим. Но главное дело еще в личных ээрэнах, духах помощниках. И шаман складывается из разных частей целой традиции!

Без атрибутики шаман не работает. Его личная сила сконцентрирована и распределена по различным предметам, которых у любого шамана превеликое множество. Тут и камешки с разных рек, и зеркала, и рога, и кости животных, и черепа, и всякие веточки с травками. И все они — помощники шамана, его личные духи. Все они поддерживают и защищают его. И от этого тоже зависят его возможности путешествий, безопасности и диапазона выполняемых действий.

В Туве традиционным шаманским костюмом считается халат синего или черного цвета. Он шьется самим шаманом или специальным человеком. Обычно таких костюмов бывает несколько. На разные обряды, разные миры. Каким именно должно быть шаманское одеяние говорят духи. Костюм не шьется просто так. Все его рисунки, покрой, ткань, цвет, предназначение дополнительных деталей определяют духи. Иначе, бессмысленно; иначе клоунада. Некоторые шаманы шьют костюм и через пять, и через десять лет практики, а до этого работают в обычном национальном халате. В шаманстве все приходит во время, нельзя делать того, чего не знаешь, и того, что тебе не показали и не рассказали духи. Следует следовать их указанием, тогда будет помощь от них и защита. «Пустой» костюм, то есть, сшитый по собственному желанию, а не по велению, ничего не дает. В нем никто не живет, никто не поселяется. А злые духи могут поселиться и есть этого глупого молодого шамана.

Шитье костюма сопровождается сильными психическими трансформациями. По-сути, человек обретает новую форму, становясь не только человеком, но и наполовину духом.

Это всегда сопровождается головными болями, обострением болезней, странностью поведения. Когда я шил костюм, то сильно болел, терялся во времени, все забывал. Интересное состояние. Костюм получился хороший, сильный, но духи сказали, что он — учебный. И я его три года носил на обряды.

Был он черного цвета, из плотной ткани, обшит кожей. Потом и чалома на него добавилась. Внешне я стал похож на настоящего шамана. Вот опыта еще не хватало.

В шаманизме огромное количество различных важных нюансов и мелочей. Требуется терпение и внимание, чтобы узнать и понять эти нюансы. Чтобы правильно научиться ставить костры, у меня ушло полтора года. Казалось бы — что такого? Ну собрал дрова, поджег и прыгай вокруг с бубном. А значение имеет, и какие дрова подготовил, и как подготовил, и как поставил, и в каком направлении, и где вход, и в какой мир идешь, и с какими духами работаешь. Страдал пока не почувствовал все, пока не услышал. А когда уже сам понял, тогда мне другой шаман головой кивнул, мол, правильно. Вот и обучение.

В традиционный шаманизм без посвящение не войдешь. Посвящение может старший шаман сделать, и то не каждый, а только тот, кто тебе подходит. Посвящений может быть несколько. Подразделяются они на две категории: посвящение людьми и посвящения духами. Когда шаман делает посвящение, он через своих духов устанавливает связь с духами молодого шамана; просит их ему служить, помогать. Расчищает путь от препятствий, укрепляет защиту. Шаман призывает духов природы, духов стихий, спрашивает их об обряде. Перед обрядом обязательно проходит гадание на камешках Хуваанок. Камешки собираются с сорока одного чистого водоема одного региона по особым правилам, и они становятся помощниками шаманами в предсказательных практиках. За камешками нужен специальный уход и особое отношение.

Направление по частям света обряда тоже могут подсказать камешки. Потом ставится костер, проводятся предварительные приготовления. Шаманские обряды проводятся на Местах Силы, то есть, там, где живут чистые духи и есть чистые энергии.

Мое первое шаманское посвящение проходило в известном шаманскому миру местечке на речке Серебрянка, это в Тыве. Второе на источнике Кунгустуг (Бобры) под Кызылом. О третьем рассказывать не могу.

После того, как старший шаман провел все приготовления, зажигается огонь, кормятся духи. Шаман поет песни Силы, колотушкой бьет в бубен. Очищает Место артышом, повязывает чалому. В обряд включаются все его участники. Роль каждого определена заранее, то есть, не расписана на бумаге и не обговорена, а чувствуется сердцем и выполняется в зависимости от целей и задач обряда. Но все знают свои роли, и все идет слажено.

Свое первое самостоятельное камлание я проводил на Алдын-Булаке. Это пятьдесят километров от столицы Тывы. Не далеко от юрточного лагеря, который живописно расположился на берегу Большого Енисея, есть сопка. На этой сопке стоит каменное оваа (водруженный на пирамиду из камней деревянный шест). На макушке оваа привязаны сплетенные конские хвосты и чалома. Рядом сделано каменное костровище. Вокруг Места по периметру вкопаны в землю высокие деревянные шесты. На каждом из них череп какого-то животного: коровы, лошади, медведя, барана. Это — ээрэны — защитники Места, они охраняют территорию и не пускают сюда посторонних.

— Экее, — сказал я по-тувински, приветствуя духов — защитников. Задобрил землю, выставил своих помощников. Поставил костер. Одел свой халат, сделал все приготовления.

Воздух в тот день был прогрет градусов до сорока пяти. Возле пылающего костра температура была еще выше. Было очень жарко. Волнение в груди сильное. Дыхание сбивается. Пот хлещет градом. Халат плотный, воздух не пропускает. Но желание поработать внутри сильное. Отступать не намерен. Когда начал петь и стучать в бубен, вечер заходил кругами. Что-то придавило к земле. Расслабление полное. Двигаться не хочется вообще. Едва ли не поддался этому состоянию, но преодолел себя и продолжал камлать. Огонь меня не слушался. Песню бубна я не слышал, а голосил что-то свое. Координация движений нарушилась. Тогда я сел на землю, скрестив ноги и от души попросил помощи духов. Не стал показывать себя, а просто попросил. Попросил честно и искренне: — Я еще ничего не знаю, не умею. Мне хочется научиться, вот и учусь. Будьте благосклонны ко мне. Помогите мне. Направьте и простите, если что не так делаю.

Пламя в костре не много успокоилось, давление на голову уменьшилось. Дышать стало легче. Из глаз потекли слезы. Трудно описать это состояние. Оно чем-то напоминало беспомощность ребенка и ощущение возможностей. Беспомощность перед Стихией Природы, перед ее пространствами и существами, и безграничные возможности, могущие открыться, если правильно научиться со всем эти взаимодействовать! Было и внутреннее удовлетворение от того, что я все-таки решился пойти на обряд, и некоторое недовольство от того, что еще ничего толком не знал, не понимал и не мог качественно и вдохновенно сделать. Не могу сказать, что первый мой шаманский обряд был «комом»; скорее он напоминал бег на дистанцию, а не глубокое философское размышление. А в шаманстве бегом, суетой и поверхностным подходом ничего не добьешься. Но это приходит с опытом (и пришло с опытом), а опыт накапливается вот из таких первых камланий, начинаний, усилий!

Потом были и другие практики, и другие обряды, и все они дополняли и обогащали друг друга; дополняли и обогащали меня. Я уже знал и понимал больше. Больше умел и больше делал. Разбирался в том, что раньше мне казалось недостижимым для понимания моего ума. Я рос в ремесле так же, как любой подмастерье растет в выбранным им ремесле в любой сфере человеческой жизни.

Любое направление духовного развития человека, будь то магия, шаманизм, религия, контактерство, или иная сфера — есть лишь общий вектор раскрытия и реализации какой-то части людей нашего общества, но вектор объединяющий и дающий новую грань сияния человеческого сознания для всех членов человеческой цивилизации.